Скажи-ка, дядя, ведь недаром,
Где код лежит, там и душа, —
Ты ревьювил с кинжальным жаром
Строфу за строфой, не спеша.
В консоли зыбкой, одинокой
Ловил ты пробела порок,
И был твой взгляд глубок и строг,
Как у бойца перед осадой.
Но ныне, слышно, дни иные,
Нейросетей раздался звон,
И пишешь ты, как в дни былые,
Не сотню — тысячи колонн?
Забыв, что сам ты требовал
Сто строк — и ни строкой больше,
Теперь же, махом и волной,
Ты выдаёшь их напролом?
